27.02.1999 | Подмосковье. Выпуск № 8

Борис Токарев: "После того, как я сыграл кандидата в президенты, мне предлагали баллотироваться самому"


Свою первую роль в кино Борис Токарев сыграл в 12 лет в фильме "Спасенное поколение". Затем были "Где ты теперь, Максим?", "Синяя тетрадь", "Верность", "Мне было 19", "Князь Игорь", "Если ты мужчина", "Высокое звание" ("Я, Шаповалов Т. П."), телевизионная версия "Двух капитанов" и другие работы. Особую зрительскую любовь завоевал, снявшись в фильмах "А зори здесь тихие..." и "Горячий снег", в последнем он сыграл главную роль - лейтенанта Кузнецова. За эту работу в 1975 году Борис Токарев награжден Государственной премией РСФСР, а вскоре за создание образов современников в кино он становится и лауреатом премии Ленинского комсомола.

Вторично окончил ВГИК как режиссер (учился в мастерской Сергея Герасимова) и снял шесть кинолент. С начала 90-х в кино не работал.

Его возвращение на экран произошло в 1996-м, когда он снялся в фильме "Президент и его женщина", сыграв главного героя. Картина эта стала одним из фаворитов проходившего в том же году фестиваля "Киношок" и получила награду. Показан был этот фильм и по телевидению.

Уже год заслуженный артист России Борис Токарев возглавляет киностудию "Дебют".


 

- Борис Васильевич, что заставило вас, известного и любимого актера, принять руководство молодежной киностудией в столь непростой для отечественного кино момент, когда раздаются голоса, что наше кино погибло, денег на производство фильмов нет, кинопрокат развален?


- К "Дебюту" у меня отношение особое. Ведь двадцать лет назад я на этой студии снял свой первый - короткометражный - фильм "Ангел мой". Но "Дебют" не только мне - многим и многим начинающим режиссерам, которые сегодня уже хорошо известны, таким, как Валерий Тодоровский, Сергей Ливнев, дал путевку в жизнь.

Для чего такая студия нужна вообще? Ее смысл в том, чтобы предоставить возможность человеку, делающему первые шаги в режиссуре, проявить себя, показать, на что он в этой профессии способен.

Наша студия, не надеясь ни на чью милость, старается заработать сама. Однако я убежден, что без государственной поддержки молодым не обойтись. У известного режиссера капитал - само его имя, под него спонсор и дает деньги для съемки. А начинающему предъявить нечего: кино на пальцах не расскажешь.

Очень печально, но на сегодняшний день мы уже утратили связь с теми, кто идет за нами. Талантливая молодежь просто не может пробиться. Поэтому выпускники ВГИКа, не найдя себе применения, идут работать на телевидение. Делают там клипы, рекламу, телерепортажи. И исчезают, растворяются в недрах телевидения, для кино мы этих людей теряем. Поэтому поддержку молодому кино вообще и студии "Дебют" в частности должен оказывать Союз кинематографистов. Свою же задачу я вижу в том, чтобы как можно большему числу начинающих помочь реализоваться, "пропустив" их через нашу студию.


- И все же двадцатый век называют веком кино. Хотя сегодня, как и общество в целом, отечественный кинематограф находится в кризисе. Российские зрители устали от чернухи, захлестнувшей экран, от похождений киллеров и крестных отцов отечественного розлива, от насилия и крови...


- Я считаю, о тяжелых, страшных сторонах действительности фильмы снимать можно, но - в более спокойные времена, когда жизнь налажена. Не должно быть безысходности, нельзя, чтобы у человека опускались руки. Те же американцы, на которых мы сегодня ориентируемся во всем, в годы Великой депрессии снимали музыкальные фильмы, в которых все пели и плясали. И эти картины с полным правом заняли место в истории американского кино. Вот и нам бы следовало учесть в этом их опыт. Не зря знаменитый французский поэт и драматург Жан Кокто сказал, что искусство должно помогать людям жить. Это и мое кредо.


- Как вы относитесь к кинематографу зрительскому и авторскому, то есть рассчитанному на массовую аудиторию? Или только на элитарного высоколобого зрителя? Чему отдаете предпочтение вы лично?


- Ни в коем случае не хотел бы как режиссер идти на поводу у зрителя. Да ведь и зритель-то неоднороден - есть люди с более высоким уровнем культуры, образования, есть с менее... Пусть не очень сведущий в кино человек с ходу чего-то не поймет в сложном фильме, но даже на интуитивном уровне он наверняка воспримет, какой заряд эта лента несет - отрицательный или положительный.

Вот Шукшин. Разве можно представить, чтобы он сказал: "Сегодня я буду делать фильм для народа, а завтра для Каннского кинофестиваля?". То есть чтобы критики и зрители долго чесали в затылке и размышляли, что показанное на экране означает. Василий Макарович снимал, как дышал, и его ленты были органичны не только для него как автора, но и для самой широкой аудитории. Конечно, это идеал. Разве "Калина красная" не авторский фильм по глубине самовыражения? Авторский. Но разве он не зрительский, если учитывать, с каким чувством сопереживания люди следят за судьбой Егора Прокудина и событиями, происходящими на экране?

Я был знаком с Василием Макаровичем, но встретиться на съемочной площадке нам так и не довелось, о чем до сих пор жалею.

С моей точки зрения, истинное кино - талантливое, высокохудожественное - всегда зрительское.


 

- Если продолжить аналогии, сплав глубины художественного постижения жизни и одновременно близости, понятности зрителю того, о чем шла речь на экране, присутствовал и в военных фильмах с вашим участием: "А зори здесь тихие..." и "Горячий снег".


- Это закономерно. Разве за показанными на экране персонажами не стояли судьбы тысяч, даже миллионов человек? Сколько таких мальчиков, как мой лейтенант Кузнецов из "Горячего снега", ушли защищать страну? Разве это не типичная судьба, не судьба поколения? Думаю, в этом и кроется причина зрительской любви к фильму и к нам, актерам.

Я всегда относился к армии с уважением. И отношусь до сих пор. Это отнюдь не мелкая, не второстепенная часть общества, как принято представлять сейчас, а один из столпов государственности. И сегодня, когда армию превратили в мальчика для битья, в страшилку, когда в адрес военных бросают несправедливые упреки, мне просто больно.

Да, военным живется трудно, жалованья по полгода они не получают. И если офицеры вынуждены, переодевшись в гражданское, чтобы не было так стыдно, торговать на рынке майками и трусами из выданного им обмундирования, если они подрабатывают грузчиками или занимаются на личном автомобиле извозом, я не стану злорадствовать. Я понимаю, что у них нет другого способа поддержать семью, накормить детей.

Дважды мне довелось быть в Афганистане. Да, я знаю, что там было и плохое. Мне рассказали историю о том, как военнослужащие одной из тыловых служб были уличены в торговле наркотиками. Говорили, что и девочек афганских эти подлецы за калоши покупали! Да, наверное, есть и такие низменные вещи, есть отвратительные люди - и в армии тоже! Но, когда мне предложили в таком ключе снять фильм о войне в Афганистане, я напрочь отказался. Мне показалось это просто гнусностью. Потому что армия не из одних негодяев и воров состоит, есть и другие - честные, стойкие, порядочные офицеры, которые выполняли свой долг до конца и подчас в экстремальных условиях. Их много. Я знал этих людей, и они мне симпатичны. По моим представлениям, снять такой фильм, какой от меня требовали, означало предать этих людей. А это для меня неприемлемо.


- На 4 года вы оказались вне кинематографа. Не жалеете о потерянном времени?


- Нет, не жалею и не чувствую себя ущемленным. Я благодарен нынешнему времени, что ощущаю себя свободным человеком, который может сделать выбор, принять любое решение. Да, нам стало жить труднее, но и во много раз интересней, я чувствую напряжение жизни, ибо каждый день приносит что-то новое.

Эти 4 года не прошли для меня даром. Шел процесс накопления впечатлений, накопления материала, который можно использовать в будущих лентах. Например, жизнь меня заставила стать председателем оргкомитета по возвращению средств вкладчикам банка "Чара". Я узнал нашу судебную систему. Коллеги, с которыми я делился впечатлениями, хохотали и говорили: "Ты теперь можешь фильм об этом снимать!". Я познакомился с разными людьми, соприкоснулся с разными судьбами. Сколько же всего в нашем быте намешано - и трагического, и комического! Какие выплыли колоритнейшие фигуры типа Мавроди и авантюристов рангом помельче! Разве это не Остапы Бендеры нашего времени?

У меня как актера, режиссера расширился круг знаний о жизни. Раньше кинематографисты варились как бы в собственном котле и насущных потребностей жизни по-настоящему не знали. Поэтому и были слишком умозрительны, далеки от реальности идеи многих фильмов.

Сегодня же просто необходимо внедряться в жизнь, которая тут же начинает выбрасывать колоссальное количество идей, сюжетов, характеров. Потому что, если подходить к созданию фильма с теми же мерками, как лет 15 назад, картина будет обречена на неуспех...


- Не зря Елена Райская, режиссер фильма "Президент и его женщина", в котором вы недавно снялись, говорила мне, что просчитывала каждую сцену, реплику, каждый поворот сюжета. Фильм переполнен узнаваемыми деталями нашего сегодняшнего быта и бытия.


- Первоначально был совсем другой сценарий, в финале мой герой становился президентом страны. Но в процессе съемок Елена Райская решила все изменить (а она к тому же очень сильный и чуткий сценарист). И, несомненно, фильм выиграл. На фоне безумия предвыборной гонки, совершенно невероятных реплик и предвыборных заявлений того же Брынцалова или Жириновского история взаимоотношений героя и его бывшей жены, которую разыгрываем мы с Еленой Сафоновой, становится более жизненной, более узнаваемой. Мы уже сняли финальный проход и поздравления, которые мой герой принимает от своего предвыборного штаба как новоизбранный президент, и поняли, что так оканчивать фильм нельзя. В результате я сыграл человека, который отказался от политической карьеры ради любимой женщины и семейного счастья.


- А вы сами разделяете позицию своего героя?


- Несомненно. Любовь для меня бесконечно выше политики, и герой мой, считаю, совершил мужественный поступок.


- Выходит, вы в отличие от многих представителей актерского цеха политикой совсем не увлечены?


- У меня был опыт "хождения во власть", правда, еще в советские времена: когда я учился во ВГИКе, студенты избрали меня депутатом Моссовета, и я два созыва подряд добросовестно исполнял свои обязанности. Но сейчас политикой действительно не интересуюсь.

Кстати, после этого фильма мне стали поступать предложения: дескать, может, вы и всерьез баллотироваться в президенты попробуете?

Что я могу ответить? Я считаю, что каждый должен заниматься своим делом. Потому я снялся в новой картине, где сыграл... снова кандидата в президенты. Но, если фильм Елены Райской - романтическая сказка с некоторой долей иронии, то в фильме Александра Муратова, который называется "Перемена мест", все более реально и жестко. Я играю миллионера, у которого есть свое дело, который ездит на шестисотом "Мерседесе", и он совсем не примитивный новый русский, как их принято изображать. Этот человек, несомненно, заработал деньги своей волей, талантом, но в отличие от моего предыдущего героя, сентиментальным эмоциям он не поддастся. Власть для него важней всего, и он в нее рвется.

Этот телевизионный 20-ти серийный фильм зрители увидят на голубых экранах в новом году.


- Россия вступает в предпоследний год нынешнего века, находится на пороге нового тысячелетия. Что бы вы хотели пожелать нашим читателям?


- Существует любопытный исторический факт. Я очень хотел снимать фильм об Александре Невском, перерыл много материала и вычитал такой эпизод.

После блистательных побед, одержанных этим великим военачальником, князь, дабы не допустить разорения Руси татаро-монголами, вынужден был добровольно уйти на 12 лет в Орду - фактически в качестве почетного пленника. Перед отъездом он собрал дружину и сказал воинам: "Оставьте в селениях женщин, девочек и престарелых. Уходите в полоцкие леса и уведите с собой мальчиков, но не выше тележной чеки". Его спросили: "Как понять твои слова, князь? Почему мы должны взять только таких крох?". Невский ответил: "Они не знают страха. Вы, опытные воины, научите их ковать оружие и воевать. И тогда мы победим!".

Раньше у нас была держава сильная, могучая, которой можно было гордиться. Теперь единой страны нет, на ее окраинах то и дело вспыхивают вооруженные конфликты. Изменилось и наше самоощущение: мы стали бояться, когда ребенок выходит на улицу - вдруг с ним что-то случится. Стали бояться криминального беспредела сами. К тому же все чаще задумываемся, что будет завтра - будет ли работа, и, если нет, тогда чем кормить семью?

Но необходимо преодолеть в себе страх. ельзя быть безропотными наблюдателями того, что происходит. Вспомните, что за плечами нашего народа великая история, хоть в ней есть и трагические страницы. Россия много раз возрождалась из пепла. Я верю, так будет и на этот раз!


Беседу вела Виктория КАРПОВА


Источник: газета Подмосковье



"Прорицатель. Омар Хайям. Хроника легенды"

Производство

завершено!